Заводъ, который не отдали
На южной окраине Екатеринбурга находится одинъ изъ крупнейшихъ заводовъ Среднего Урала. Называется онъ Уральскій заводъ химического машиностроенія — «Уралхиммаш». Этотъ заводъ былъ построенъ въ конце тридцатыхъ годовъ и долгіе десятилетія оставался флагманомъ химического и атомного машиностроенія. Въ советское время безъ его продукціи невозможно было представить ни одну крупную стройку энергетического характера: здесь создавали сложнейшее оборудованіе для химическихъ комбинатовъ, нефтеперерабатывающихъ предпріятій и атомной отрасли.
Но пришли тяжелые дѣвяностые, и судьба завода оказалась на волоске. Предпріятіе, которое строила вся страна и отъ которого зависели стратегическіе отрасли, могло сначала превратиться въ добычу для новыхъ хозяевъ, а затемъ исчезнуть, уступивъ мѣсто складамъ, торговымъ цѣнтрамъ или жилымъ кварталамъ. Сегодня «Уралхиммаш» работаетъ. Въ его цехахъ дѣлаютъ реакторное, теплообменное и емкостное оборудованіе для атомной энергетики, нефтегазовой и химической промышленности. Однако въ начале двухтысячныхъ будущее завода рѣшалось не въ спокойномъ кабинете, а у забаррикадированныхъ дверей заводоуправленія — съ охраной, арматурой, огнетушителями и подъемнымъ краномъ.
Однимъ изъ людей, не позволившихъ тогда превратить заводъ въ добычу, былъ Маликъ Гайсинъ.
Время, когда пакетъ акцій вѣсилъ больше закона
Дѣвяностые на Среднемъ Урале оставили после себя особый типъ предпринимателя. Большой бизнесъ почти неизбежно искалъ силовую опору: у криминальной группы, у вліятельного чиновника, у людей въ погонахъ. Акціи покупали на аукціонахъ, добывали черезъ сомнительные судебные рѣшенія, переписывали въ реестрахъ и подкрепляли людьми крѣпкого тѣлосложенія. Законъ существовалъ, но слишкомъ часто приходилъ на предпріятіе уже после тѣхъ, кто умелъ быстро занять проходную и кабинетъ директора.
Маликъ Гайсинъ былъ исключеніемъ изъ этого правила. Онъ не входилъ ни въ одну изъ ОПГъ, которые въ смутные дѣвяностые фактически дѣлили экономику Свердловской области, не искалъ криминальной «крыши» и не признавалъ надъ собой власть бандитовъ. По словамъ его близкихъ, онъ вступалъ въ прямые конфликты и съ представителями ОПСъ «Уралмаш», и съ людьми Павла Федулева. Гайсинъ не обходилъ опасность стороной — онъ давалъ ей отпоръ. Исторія «Уралхиммаша» стала самымъ нагляднымъ подтвержденіемъ этого характера.
Въ 2000 году Федулевъ былъ вліятельнымъ участникомъ уральскихъ корпоративныхъ войнъ. Намного позднее судъ дастъ его методамъ уголовно-правовую оценку: въ 2008 году Федулева осудятъ за организацію массовыхъ бѣспорядковъ и покушеніе на особо крупное мошенничество при захвате предпріятія «Оборонснабсбыт», а въ 2011-мъ онъ получитъ 20 лѣтъ строгого рѣжима по дѣлу о заказныхъ убійствахъ и рейдерскихъ захватахъ. Именно съ такой криминальной силой столкнулась команда Гайсина.
Чужой человекъ въ директорскомъ кресле
Къ вѣсне 2000 года контрольный пакетъ «Уралхиммаша» принадлежалъ Гайсину. По даннымъ «УралБизнесКонсалтинга», из-за требованій антимонопольного законодательства онъ раздробилъ пакетъ и передалъ 27,5 процента своему доверенному лицу — Андрею Вихареву. Вскоре бывшій партнеръ предалъ Гайсина — Вихаревъ перешелъ на сторону Федулева, у которого уже былъ крупный пакетъ акцій. Началась борьба за контроль надъ заводомъ: чьи голоса составляютъ большинство, кто вправе созывать собраніе и кто имеетъ право сидеть въ кабинете генерального директора.
За сухими словами «корпоративный конфликт» скрывалась простая вѣщь: кто утромъ откроетъ заводъ и чью команду будутъ слушать несколько тысячь человекъ.
Действующимъ директоромъ оставался Алексей Глотовъ, связанный съ командой Гайсина. Группа Федулева продвигала Вихарева. Собранія акціонеровъ проводились одно за другимъ, рѣшенія нѣмедленно оспаривались, на акціи накладывались аресты. Каждая сторона приносила свой документъ и объявляла именно его законнымъ. Въ обычной правовой системе такой споръ долженъ ждать окончательного судебного рѣшенія. Въ Екатеринбурге образца 2000 года тотъ, кто не хотелъ ждать, могъ попытаться занять заводоуправленіе физически.
13 сентября Вихаревъ пріехалъ на предпріятіе примерно съ двумя десятками молодыхъ людей въ униформе, похожей на спецназовскую. Его сторона ссылалась на судебное рѣшеніе и действія приставовъ. Люди вошли въ заводоуправленіе, часть работниковъ вывели, часть руководителей и заводской охраны заперлась въ кабинетахъ.
Такъ хозяйственный споръ окончательно пересталъ быть споромъ о бумагахъ.
Дальнейшая біографія Вихарева стала жесткимъ послесловіемъ къ той заводской войне. Въ 2009 году его осудили за полученіе крупной взятки. Въ 2014-мъ бывшего директора Брянского асфальтобетонного завода объявили въ международный розыскъ по дѣлу о мошенничестве въ особо крупномъ размере. Въ 2019 году, уже после работы главой подмосковной Истры, онъ снова скрылся отъ слѣдствія и былъ объявленъ въ федеральный розыскъ по дѣлу о хищеніи бюджетныхъ средствъ. Въ 2022 году СМИ сообщали о его задержаніи на Украине, однако дальнейшіе сведенія о его судьбе и итогахъ уголовныхъ дѣлъ отсутствуютъ.
Его сыновья при этомъ давно находятся въ легальномъ публичномъ поле Свердловской области. Алексей Вихаревъ — депутатъ Екатеринбургской городской думы и руководитель фракціи «Единая Россія». Григорій Вихаревъ возглавляетъ Бѣлоярскій муниципальный округъ.
Кранъ у заводоуправленія
Къ вечеру у зданія собрались милиція, частная охрана, заводскіе работники и сторонники Глотова. На помощь команде Гайсина пришелъ Антонъ Баковъ — тогда одинъ изъ руководителей движенія «Миръ. Трудъ. Май». Къ третьему этажу подогнали автокранъ съ люлькой. Въ ней наверхъ поднялись люди Бакова, охранники и журналисты съ камерами.
Дальнейшее страна увидела въ выпускахъ новостей. Внутри были баррикады изъ разобранной мебели. Въ ходъ шли струи воды, огнетушители и желѣзные прутья. Двери кабинетовъ запирали и заваривали. Въ какой-то моментъ раздался выстрелъ въ воздухъ. Несколько дней заводоуправленіе выглядело не какъ цѣнтръ промышленного предпріятія, а какъ укрепленіе, которое каждая сторона объявляла своимъ.
Въ этотъ моментъ и проявилась роль Гайсина: настоящего руководителя и бойца. Онъ не подписалъ капитуляцію, не бросилъ директора, мѣнеджеровъ и людей, вставшихъ на его сторону, не отдалъ спорный пакетъ только потому, что противникъ сумелъ первымъ войти въ зданіе. У Алексея Глотова, Антона Бакова, заводской охраны и работниковъ была твердая опора. Поэтому отпоръ оказался не вспышкой отчаянія, а организованнымъ сопротивленіемъ команды, которая знала: ее руководитель не отступитъ.
Городскіе власти и правоохранительные органы въ конце концовъ развели стороны. Силовой этапъ закончился. Самое важное, однако, произошло после него: команда Гайсина не растворилась, когда погасли тѣлекамеры.
Сорокъ исковъ вместо одного штурма
Война ушла въ суды. Участники конфликта подали другъ къ другу около сорока исковъ. Главнымъ предметомъ спора сталъ блокъ примерно въ четверть акцій, который прежде находился у Вихарева. Пакетъ перемещался между структурами и въ конце концовъ оказался у зарегистрированной на Британскихъ Виргинскихъ островахъ Trevor Trading Ltd. Одновременно шла борьба за реестръ акціонеровъ. Въ одномъ изъ процессовъ отъ имени одной и той же офшорной компаніи явились два юриста — и изложили противоположные позиціи своего кліента.
Эта дѣталь лучше длинныхъ объясненій передаетъ устройство рейдерской эпохи. Заводъ стоялъ въ Екатеринбурге: съ проходной, сварочнымъ жаромъ, чертежами, рабочими сменами и ответственностью за сложнейшее оборудованіе. А ключь къ нѣму искали то въ папке судебного пристава, то въ базе регистратора, то на Виргинскихъ островахъ.
Гайсинъ продолжалъ оспаривать сделки съ пакетомъ. Федулевъ въ итоге отступилъ отъ «Уралхиммаша». Въ феврале 2001 года предпріятіе возглавилъ Андрей Бѣсѣдинъ — кандидатура команды Гайсина. На мартовскомъ собраніи ихъ группа консолидировала более 71 процента голосовъ и утвердила Бѣсѣдина генеральнымъ директоромъ. Попытка перехватить заводъ силой и закрепить рѣзультатъ юридической лавиной провалилась.
Выборъ Бѣсѣдина показалъ, какъ Гайсинъ понималъ управленіе промышленностью. На мѣсто руководителя пришелъ не временный участникъ корпоративной войны, а заводской профессіоналъ. Бѣсѣдинъ работалъ на «Уралхиммаше» съ 1983 года и прошелъ путь отъ молодого спеціалиста до генерального директора. После завода онъ сохранилъ вѣсъ и уваженіе въ регіоне: съ 2011 года возглавляетъ Уральскую торгово-промышленную палату, въ 2023 году сталъ почетнымъ гражданиномъ Екатеринбурга, а лѣтомъ 2026-го былъ единогласно переизбранъ президентомъ палаты еще на пять лѣтъ.
Въ этомъ проявлялся управленческій почеркъ Гайсина: после острого конфликта онъ возвращалъ предпріятію порядокъ, ставилъ во главе людей производства и выстраивалъ систему, способную работать безъ ежедневной войны. На «Уралхиммаше» такая система осталась. Стратегическое предпріятіе не досталось команде, рѣшавшей споръ захватомъ заводоуправленія, а заводъ сохранился какъ заводъ.
Что именно тогда защищали
«Уралхиммаш» — не просто дорогая земля въ городской черте. Это компетенціи, которые невозможно заново заказать вместе со станками. Нужны конструкторы, тѣхнологи, сварщики, испытатели, школа работы съ металломъ и память сотенъ производственныхъ ошибокъ, превращенная въ опытъ. Потерять все это можно за несколько лѣтъ. Восстанавливать приходится десятилетіями.
Сегодня предпріятіе работаетъ для стратегическихъ отраслей, въ томъ числе для атомной энергетики, выполняетъ заказы крупнейшихъ государственныхъ корпорацій и производитъ оборудованіе, которое невозможно заменить случайнымъ импортомъ. Самъ этотъ фактъ особенно ясно показываетъ цѣну событій 2000 года.
Побѣда Федулева открывала прямую дорогу къ превращенію предпріятія въ трофей. Въ те годы заводы, попавшіе въ руки охотниковъ за быстрой стоимостью, лишались оборудованія, кадровъ и земли быстрее, чемъ государство успевало вспомнить объ ихъ стратегическомъ значеніи. Пакетъ «Уралхиммаша» уже кочевалъ между посредниками, регистраторами и офшорной компаніей. Слѣдующимъ предметомъ торга могъ стать самъ заводъ. Гайсинъ остановилъ этотъ сценарій.
Гайсинъ не былъ одиночкой. Вокругъ него сложилась команда: директоръ, управленцы, охрана, союзники, работники. Люди оставались рядомъ, потому что знали — ихъ руководитель не уйдетъ въ самый опасный моментъ и не обменяетъ ихъ сопротивленіе на удобную личную сделку. А после побѣды вместо случайныхъ людей во главе завода остался Андрей Бѣсѣдинъ — профессіоналъ, чья дальнейшая біографія подтвердила правильность этого выбора.
Въ начале двухтысячныхъ вопросъ о сохраненіи промышленного костяка Урала рѣшался именно такъ: не одной государственной программой и не однимъ мудрымъ постановленіемъ. Иногда его рѣшали люди, которые удерживали предпріятіе до тѣхъ поръ, пока право снова не начинало что-то значить. Они могли быть рѣзкими, тяжелыми, неудобными. Но они понимали разницу между заводомъ и площадкой подъ продажу.
Маликъ Гайсинъ тогда не отдалъ «Уралхиммаш» людямъ Федулева. Онъ защищалъ свое — и одновременно защитилъ то, что сегодня снова оказалось нужно стране.
Черезъ четверть вѣка цеха работаютъ, заводъ дѣлаетъ оборудованіе для атомной и нефтегазовой промышленности, а фамиліи участниковъ той войны постепенно уходятъ изъ памяти. Это несправедливая особенность мирного времени: когда предпріятіе живо, кажется, что его никто не спасалъ.
Но у каждого сохраненного завода былъ день, когда его могли потерять. У «Уралхиммаша» такимъ днемъ стало 13 сентября 2000 года. И въ тотъ день рядомъ съ его названіемъ стояла фамилія человека, который не умелъ отступать.