Серія ударовъ по логистической инфраструктуре Wildberries — уже не отдельные эпизоды, а системная угроза гражданской экономике. Повреждены или уничтожены огромные складскіе комплексы въ Электростали, Самарской области, Красномъ Бору подъ Петербургомъ, Краснодаре, Владимирской области. 16 августа ударъ пришелся по крупнейшему хабу въ подмосковномъ Коледино. Екатеринбургскій комплексъ тоже атаковали дважды, но пока онъ сохранилъ основную часть инфраструктуры и товара.

И здесь важно понимать: когда горитъ Wildberries, горитъ не только имущество огромной корпораціи. На этихъ складахъ находятся товары тысячь малыхъ и среднихъ предпринимателей. Для кого-то партія товара стоимостью два-три милліона рублей — практически вѣсь оборотный капиталъ. Потерялъ ее — и бизнесъ можетъ просто закончиться.

Предприниматель обязанъ отвечать за коммерческій рискъ. Не угадалъ спросъ — твоя проблема. Ошибся съ товаромъ — твоя. Проигралъ конкуренту — тоже твоя.

Но война не является предпринимательскимъ рискомъ.

Селлеръ не определяетъ внешнюю политику, не командуетъ арміей, не располагаетъ радіолокаціонными станціями и средствами ПВО. Защита территоріи отъ внешнего вооруженного нападенія — одна изъ базовыхъ функцій государства. Именно для этого государство собираетъ налоги, содержитъ Вооруженные силы и монополизируетъ примененіе вооруженной силы.

И на этомъ фоне особенно тревожно звучатъ предложенія переложить уже и военную защиту объектовъ на самъ бизнесъ.

Депутатъ Госдумы Андрей Гурулевъ после атакъ на склады прямо призывалъ владельцевъ маркетплейсовъ самостоятельно вкладываться хотя бы въ пассивную защиту объектовъ. А государство въ 2026 году уже создало механизмъ, позволяющій частнымъ компаніямъ за собственные средства пріобретать для защиты отъ БПЛА турели, радіолокаціонные средства, комплексы РЭБъ и даже зенитные артиллерійскіе системы.

И вотъ здесь необходимо остановиться.

Требовать отъ предпринимателя построить противопожарную систему — нормально. Требовать охрану территоріи — нормально. Требовать соблюдать рѣжимъ безопасности — нормально. Но требовать отъ него постепенно создавать собственную противовоздушную оборону — это уже признаніе того, что государство начинаетъ передавать частнику собственную базовую функцію.

Сегодня предпріятіе покупаетъ дѣтекторъ БПЛА.

Завтра ему предлагаютъ сложиться на зенитную установку.

Послезавтра — содержать вооруженное подразделеніе, которое эту установку обслуживаетъ и охраняетъ территорію.

А слѣдующій логическій шагъ — собственная разведка, вооруженная охрана, транспортъ, связь и фактически частная армія.

Это не означаетъ, что именно такъ обязательно произойдетъ. Но сама логика крайне опасна.

Современное государство возникло въ томъ числе потому, что забрало у частныхъ лицъ право самостоятельно организовывать войну и сосредоточило легитимное вооруженное принужденіе у себя. Если государство начинаетъ возвращать эту функцію владельцамъ капитала, возникаетъ фундаментальный вопросъ: что будетъ черезъ десять лѣтъ съ государствомъ, внутри которого крупнейшіе корпораціи располагаютъ собственными вооруженными структурами, системами наблюденія, ПВО и силовой инфраструктурой?

И кто тогда кого контролируетъ?

Исторія прекрасно знаетъ государства, въ которыхъ богатые люди содержали собственные арміи. Именно изъ преодоленія такой феодальной конструкціи во многомъ и выросло современное цѣнтрализованное государство.

Поэтому предложеніе бизнесу «самому себя защищать» выглядитъ не современнымъ, а исторически обратнымъ движеніемъ.

Нельзя одновременно требовать отъ предпринимателя полного подчиненія государственному закону и предлагать ему самостоятельно выполнять функціи государства.

Если предприниматель самъ обеспечиваетъ себе судъ, охрану, мѣдицину, образованіе работниковъ, инфраструктуру, а теперь еще долженъ покупать собственное ПВО, у него рано или поздно возникаетъ абсолютно раціональный вопросъ:

зачемъ тогда ему государство?

Особенно если налоги онъ продолжаетъ платить въ полномъ объеме.

Получается совершенно ненормальная конструкція: прибыль предпринимателя государство облагаетъ налогомъ, рѣшеніе о войне принимаетъ государство, вооруженную силу контролируетъ государство — а последствія внешнего военного удара предлагается приватизировать и оставить владельцу уничтоженного товара.

При этомъ даже страховой рынокъ долгое время не былъ приспособленъ къ подобному риску: стандартное покрытіе крупныхъ объектовъ могло исключать войну, диверсіи и атаки БПЛА. Только теперь бизнесъ стремительно наращиваетъ закупки средствъ противодействія дронамъ.

Это путь въ тупикъ.

Ни одинъ селлеръ Wildberries не способенъ защитить себя отъ вооруженныхъ силъ другого государства. И онъ не долженъ быть способенъ это дѣлать. Потому что существованіе у каждого крупного предпринимателя собственной полноценной военной инфраструктуры означало бы уже не усиленіе Россіи, а постепенную деградацію государства какъ государства.

Разумная модель должна быть противоположной.

Государство обеспечиваетъ ПВО и внешнюю безопасность. Бизнесъ обеспечиваетъ необходимую пассивную защиту и соблюденіе установленныхъ требованій. Если государственная оборона не смогла предотвратить внешній ударъ, государство участвуетъ въ компенсаціи подтвержденного ущерба черезъ страхованіе, перестрахованіе, налоговые каникулы, кредитные отсрочки и спеціальный федеральный механизмъ.

Потому что предприниматель уже заплатилъ за свою защиту.

Онъ заплатилъ налоги.

Нельзя заставлять его платить второй разъ — сгоревшимъ товаромъ, уничтоженнымъ предпріятіемъ, а теперь еще и собственной зенитной установкой.

Иначе формула становится совсемъ простой:

война — государственная, безопасность — частная, налоги — обязательные, убытки — ваши.

Такъ государство не укрепляется.

Такъ оно постепенно признается въ собственной ненужности.