Ребенокъ — не стаканъ для государственного патріотизма

Завтра более 38 тысячь россійскихъ школъ откроютъ двери для 18 милліоновъ дѣтей. Новый учебный годъ начинается не только съ линеекъ, цвѣтовъ и первого звонка. Школа вступаетъ въ очередной этапъ глубокой перестройки, смыслъ которой выходитъ далеко за пределы измененія расписанія.

Съ 1 сентября 2026 года обществознаніе остается только въ 9–11-хъ классахъ. Увеличивается количество часовъ исторіи, вводится единая линейка государственныхъ учебниковъ. Пятиклассники начинаютъ изучать «Духовно-нравственную культуру Россіи». Продолжаются еженедельные «Разговоры о важном», а курсъ «Основы безопасности и защиты Родины» получаетъ отдельный блокъ начальной военной подготовки. Одновременно рѣкомендованное количество часовъ иностранного языка въ 5–9-хъ классахъ сокращается съ 510 до 408.

По отдельности каждое рѣшеніе можно объяснить. Дѣти должны знать исторію страны, понимать ее культуру, уметь действовать въ чрезвычайныхъ ситуаціяхъ. Проблема возникаетъ тогда, когда все измененія складываются въ единую систему, где передача знаній постепенно уступаетъ мѣсто производству заранее заданного типа гражданина.

Государству нуженъ не просто образованный человекъ. Ему нуженъ правильно воспитанный, дисциплинированный, управляемый гражданинъ, готовый служить, выполнять и, если потребуется, жертвовать собой.

Но где въ этой конструкціи самъ ребенокъ?

Не личность, а будущая функція

Все чаще ребенка рассматриваютъ какъ носителя будущей государственной функціи. Онъ долженъ стать работникомъ, налогоплательщикомъ, солдатомъ, исполнителемъ. Его индивидуальность, способности и собственные представленія о будущемъ отодвигаются на второй планъ.

Главной задачей школы рискуетъ стать уже не раскрытіе личности, а ее приспособленіе къ потребностямъ государственного механизма.

Это противоречитъ даже россійскому закону объ образованіи. Въ нѣмъ говорится не только о патріотизме, но и о свободномъ развитіи личности, правахъ человека, удовлетвореніи образовательныхъ потребностей и созданіи условій для самоопределенія. Само образованіе определяется какъ процессъ, осуществляемый въ интересахъ человека, сѣмьи, общества и государства. Именно въ такой последовательности.

Государство не должно выбирать судьбу ребенка вместо него. Его задача — создать условія, при которыхъ каждый сможетъ раскрыть способности и самостоятельно выбрать жизненный путь.

Кто-то станетъ военнымъ, потому что действительно чувствуетъ призваніе защищать страну. Кто-то — ученымъ, врачомъ, инженеромъ, спортсменомъ, предпринимателемъ или художникомъ. Все эти пути одинаково важны, если государство воспринимаетъ человека не какъ расходный матеріалъ, а какъ главную національную цѣнность.

Патріотизмъ нельзя налить въ ребенка

Чиновничья модель воспитанія напоминаетъ попытку наполнить пустой стаканъ. Считается, что достаточно увеличить количество правильныхъ уроковъ, торжественныхъ линеекъ, флаговъ, гимновъ, форумовъ и разговоровъ — и на выходе получится патріотически оріентированный гражданинъ.

Но ребенокъ не пустой стаканъ. А патріотизмъ нельзя впихнуть въ него, какъ прокисшее молоко: отъ того, что его стало больше, оно не становится полезнее. Чемъ настойчивее взрослые заставляютъ ребенка произносить слова, которые не подтверждаются жизненнымъ опытомъ, темъ быстрее возникаетъ отторженіе.

Жанъ Піаже рассматривалъ ребенка не какъ пассивный сосудъ, а какъ активного исследователя, самостоятельно конструирующего картину мира. Въ 1951 году Піаже и Анн-Мари Вейль опубликовали исследованіе формированія у дѣтей представленій о Родине и другихъ странахъ. Они показали, что отношеніе ребенка къ своей стране развивается постепенно: отъ непосредственной эмоціональной привязанности къ дому и знакомому окруженію — къ сложному пониманію государства, общества и отношеній между народами.

Для маленького ребенка Родина начинается не съ министерства, границы или государственного символа. Она начинается съ родителей, дома, двора, языка, школы и ощущенія безопасности.

Позднее ребенокъ начинаетъ видеть положеніе своей сѣмьи, отношеніе общества къ учителю, справедливость школьныхъ правилъ, доступность мѣдицины, спорта и образованія. Онъ сравниваетъ слова взрослыхъ съ окружающей жизнью.

Если на уроке ему рассказываютъ о величіи страны, а дома родители считаютъ последніе деньги до зарплаты, это противоречіе невозможно устранить дополнительнымъ часомъ патріотического воспитанія. Если его отецъ не можетъ найти достойную работу, мать боится потерять заработокъ, а сѣмья не знаетъ, чемъ платить ипотеку, флагъ въ школьномъ коридоре не исправитъ положеніе.

Патріотизмъ рождается не изъ количества правильныхъ словъ. Онъ появляется изъ простого человеческого ощущенія: это моя страна, здесь уважаютъ моихъ родителей, защищаютъ мои права и даютъ мне возможность реализовать способности.

Советская піонерія: не только галстукъ и барабан

Многіе современные политики видятъ образецъ воспитанія въ советскихъ піонерской и комсомольской организаціяхъ. Въ этомъ желаніи соединяются историческая память и ѣстественная идеализація собственной молодости. Въ прошломъ и трава была зеленее, и люди казались искреннее, и піонерскій костеръ горелъ ярче.

Но воспроизвести советскую систему съ помощью галстуковъ, значковъ, слетовъ и торжественныхъ обещаній невозможно. Піонерія и комсомолъ были не декоративными организаціями, а элементами единой государственной и кадровой системы.

Ребенокъ проходилъ последовательный путь: октябренокъ, піонеръ, комсомолецъ, членъ партіи. Эта система охватывала школу, вузъ, производство, армію и органы власти. Въ 1984 году численность ВЛКСМъ превышала 42 милліона человекъ.

Комсомолъ былъ не только инструментомъ идеологического воспитанія. Онъ являлся кадровымъ рѣзервомъ партіи и государства. Молодой человекъ, проявившій себя въ общественной работе, могъ стать секретаремъ комсомольской организаціи, получить опытъ управленія, перейти на работу въ районный или областной комитетъ, а затемъ продолжить карьеру въ партійныхъ и советскихъ органахъ.

Комсомольская характеристика и рѣкомендація могли иметь серьезное значеніе при служебномъ продвиженіи, выдвиженіи въ органы управленія и вступленіи въ КПССъ. Эта модель была идеологизированной, бюрократической и далеко не всегда добровольной. Въ ней хватало показухи, карьеризма и двойной морали. Но она обладала внутренней логикой: общественная активность могла превращаться въ образованіе, управленческій опытъ, профессію и политическую карьеру.

Современные молодежные организаціи пытаются скопировать внешнюю оболочку советской системы, не создавая сопоставимого соціального лифта. Ѣсть символика, форумы, парады, отчеты, флешмобы и профессіональные активисты. Но большинство дѣтей не понимаютъ, куда ведетъ этотъ путь и какіе реальные возможности онъ передъ ними открываетъ.

Нельзя скопировать комсомолъ, оставивъ только галстукъ и убравъ карьеру.

Патріотизмъ какъ бюджетная профессія

Именно отсутствіе понятной общественной цѣли превратило значительную часть молодежной политики въ отдельную бюджетную отрасль. Государство выделяетъ деньги на форумы, конкурсы, слеты, брендированную продукцію, мѣдіапроекты, лагеря и гранты. Отъ исполнителей требуютъ охватовъ, фотографій, правильныхъ выступленій и освоенія средствъ.

На «Движеніе первых» въ федеральномъ бюджете на 2024–2026 годы первоначально было предусмотрено почти 60 милліардовъ рублей: 20,5 милліарда въ 2024 году и по 19,7 милліарда въ 2025-мъ и 2026-мъ.

Самъ масштабъ финансированія не является доказательствомъ неэффективности. Молодежная политика действительно требуетъ средствъ. Вопросъ въ другомъ: что государство признаетъ рѣзультатомъ?

Проведенный форумъ? Количество зарегистрированныхъ участниковъ? Милліоны просмотровъ? Число дѣтей въ одинаковыхъ футболкахъ? Правильные слова, произнесенные активистомъ въ присутствіи первыхъ лицъ государства?

Освоенный бюджетъ — еще не общественный рѣзультатъ.

Вокругъ молодежной политики сформировался слой профессіональныхъ активистовъ. Они переходятъ съ форума на форумъ, участвуютъ въ панельныхъ дискуссіяхъ, маршируютъ въ первыхъ рядахъ, произносятъ правильные лозунги и демонстрируютъ необходимую степень лояльности. Для нихъ патріотизмъ становится профессіей, административной спеціализаціей и способомъ построенія карьеры.

Но публичная активность этой группы не означаетъ вовлеченности всего поколенія. Даже многомилліонная регистрація въ движеніи не отвечаетъ на вопросъ, насколько самостоятельно дѣти участвуютъ въ его работе, могутъ ли вліять на рѣшенія и получаютъ ли реальные возможности для дальнейшего развитія.

Разрывъ между огромными бюджетами, торжественной отчетностью и понятнымъ общественнымъ рѣзультатомъ создаетъ условія для злоупотребленій. Несколько уголовныхъ дѣлъ превратили эту угрозу изъ теоретической въ совершенно реальную.

Бывшій лидеръ прокремлевского движенія «Россія молодая» Максимъ Мищенко въ 2017 году былъ приговоренъ къ двумъ съ половиной годамъ колоніи за мошенничество. Судъ установилъ, что 650 тысячь рублей, выделенные на проведеніе конференціи, были перечислены аффилированнымъ подрядчикамъ, хотя мѣропріятіе не состоялось.

Особенно показательной стала исторія свердловского отделенія «Движенія первых». Его бывшая руководительница Наталья Ермаченко получила три года и шесть мѣсяцевъ колоніи за хищеніе более 4,7 милліона рублей, выделенныхъ въ рамкахъ національного проекта «Образованіе». Деньги выводились подъ видомъ закупки брендированной продукціи и товаровъ для мѣропріятій. Часть средствъ была направлена на первоначальный взносъ за квартиру. Въ сентябре 2025 года Свердловскій областной судъ оставилъ приговоръ безъ измененія.

Въ августе 2026 года судъ подтвердилъ возбужденіе уголовного дѣла о растрате въ особо крупномъ размере противъ бывшей руководительницы Росмолодежи Ксеніи Разуваевой. Она находится подъ запретомъ определенныхъ действій. Фабула обвиненія полностью не раскрыта, приговора нѣтъ, поэтому говорить о доказанной виновности нельзя. Но самъ фактъ дѣла противъ бывшего руководителя федерального агентства наноситъ тяжелый ударъ по рѣпутаціи всей системы. Глава Слѣдственного комитета Александръ Бастрыкинъ сформулировалъ свою оценку предельно жестко: «Деньги изъ бюджета получаетъ, а толку нѣт».

Уголовные дѣла отдельныхъ руководителей не превращаютъ всехъ работниковъ молодежныхъ организацій въ преступниковъ. Тысячи педагоговъ, волонтеровъ и наставниковъ добросовестно работаютъ съ дѣтьми. Но это не отменяетъ системного вопроса: почему сфера, призванная воспитывать нравственность, неоднократно оказывается связана съ дѣлами о фиктивныхъ мѣропріятіяхъ, грантахъ, брендированной продукціи и хищеніи бюджетныхъ средствъ?

Профессіональные патріоты дискредитируютъ патріотизмъ сильнее любого внешнего противника. Ребенокъ очень быстро замечаетъ, когда отъ него требуютъ бѣскорыстного служенія люди, для которыхъ патріотическая деятельность стала оплачиваемой карьерой.

Десятки милліардовъ рублей нельзя считать потраченными съ пользой только потому, что они были формально освоены. Государство должно показывать не количество мѣропріятій, а конкретный рѣзультатъ: сколько дѣтей получили образованіе, профессію, возможность реализовать проектъ, создать организацію, войти въ управленіе городомъ или построить политическую карьеру благодаря собственному труду.

Если такого рѣзультата нѣтъ, молодежная политика превращается въ дорогостоящій театръ, въ которомъ небольшая группа профессіональныхъ активистовъ изображаетъ энтузіазмъ цѣлого поколенія.

Молодежь не аполитична — она раціональна

Называть современную молодежь безразличной слишкомъ просто. Молодые люди не отвергаютъ общественную деятельность. Они не хотятъ тратить время на ритуалы, которые не мѣняютъ ихъ жизнь и не даютъ имъ реальныхъ полномочій.

По даннымъ ВЦІОМъ, главными пріоритетами молодыхъ россіянъ на ближайшіе годы являются финансовая независимость, здоровье, образованіе, карьера и профессіональный ростъ.

Это не бездуховность и не эгоизмъ. Это нормальные потребности человека, который хочетъ стать самостоятельнымъ, создать сѣмью, заниматься любимымъ дѣломъ и чувствовать уверенность въ будущемъ.

Молодому человеку неинтересны символы, если за ними нѣтъ возможностей. Его невозможно бѣсконечно приглашать на форумы, заставлять махать флагомъ и фотографировать для отчета, не допуская къ принятію рѣшеній.

Офиціально «Движеніе первых» объединяетъ милліоны участниковъ. Въ 2025 году сообщалось о 12,5 милліона человекъ. Но количество зарегистрированныхъ участниковъ еще не отвечаетъ на главный вопросъ: сколько молодыхъ людей получили возможность самостоятельно распоряжаться ресурсами, вліять на жизнь школы и города, участвовать въ управленіи и строить дальнейшую карьеру благодаря собственнымъ рѣзультатамъ?

На старте работы Государственной думы восьмого созыва средній возрастъ депутатовъ составлялъ 53 года. Парламентаріевъ моложе тридцати лѣтъ было только сѣмь. Пока государство говоритъ молодежи о необходимости быть активной, реальные политическіе институты остаются преимущественно пространствомъ старшихъ поколеній.

Отъ молодого человека требуютъ общественной энергіи, но крайне редко предлагаютъ ему настоящую власть и ответственность.

Волонтеръ долженъ иметь возможность стать депутатом

Если государство хочетъ возродить молодежное движеніе какъ реальный общественный институтъ, оно должно отказаться отъ имитаціи советскихъ формъ и создать современный соціальный лифтъ.

Школьникъ, который организовалъ волонтерскій проектъ, помогъ пожилымъ людямъ, защитилъ городской паркъ или добился рѣшенія проблемы своего района, долженъ понимать: эта работа имеетъ продолженіе.

Она можетъ дать ему дополнительные образовательные возможности, стажировку, мѣсто въ реально работающемъ молодежномъ совете, участіе въ распределеніи общественного бюджета, должность помощника муниципального депутата, возможность выдвинуться на выборахъ и начать политическую карьеру.

Не потому, что онъ чей-то сынъ, родственникъ, знакомый или участникъ правильной группы. А потому, что доказалъ способность работать съ людьми и отвечать за рѣзультатъ.

Молодежные парламенты не должны быть тренировочными декораціями, въ которыхъ участники изображаютъ заседанія взрослыхъ органовъ власти. Имъ можно передавать реальные полномочія: общественную экспертизу рѣшеній, контроль молодежныхъ программъ, часть муниципального бюджета, право законодательной иниціативы на мѣстномъ уровне.

Путь долженъ быть понятнымъ: общественный проектъ — молодежный советъ — муниципальная политика — выборная должность — регіональный или федеральный уровень.

Тогда участіе въ молодежной организаціи перестанетъ быть профессіональной игрой активистовъ и станетъ настоящимъ механизмомъ общественного продвиженія.

Страна, которую ѣсть за что любить

Главная ошибка административного патріотизма состоитъ въ убежденіи, что любовь къ Родине можно стандартизировать, включить въ расписаніе и измерить количествомъ проведенныхъ мѣропріятій.

Но любовь не возникаетъ по приказу.

Если ребенку предлагаютъ только гордиться, но не разрешаютъ задавать вопросы, это не патріотизмъ, а лояльность. Если ему рассказываютъ о долге передъ государствомъ, но не объясняютъ обязанности государства передъ гражданиномъ, это не воспитаніе, а подчиненіе. Если отъ него требуютъ готовности къ жертве раньше, чемъ признаютъ его право на собственную жизнь и выборъ, государство воспитываетъ не личность, а будущую функцію.

Сильной стране нужны не одинаково мыслящіе дѣти. Ей нужны будущіе Королевы, Перельманы, Овечкины и Маски — люди, способные мыслить самостоятельно, создавать новое и выходить за пределы готовыхъ инструкцій.

Задача государства не въ томъ, чтобы заполнить ребенка утвержденнымъ наборомъ правильныхъ чувствъ. Его задача — дать ему безопасность, образованіе, уваженіе, честную конкуренцію и возможность реализовать свои способности.

Патріотизмъ нельзя передать подрядчику, купить за бюджетные милліарды или произвести на молодежномъ форуме.

Не нужно заставлять дѣтей доказывать любовь къ Родине.

Нужно построить Родину, которую имъ будетъ за что любить.