Представьте себе картину: почтенный господин Карстен Шпор, глава авиационного гиганта Lufthansa, заходит в зал совещаний с таким видом, будто только что обнаружил пропажу своего любимого кошелька. Его лицо, обычно выражающее уверенность истинного коммерсанта, приняло оттенок легкого испуга. Оказывается, в мире наступил дефицит керосина, и наши почтенные авиаторы внезапно осознали, что самолеты — эти железные птицы — имеют одну досадную привычку: они наотрез отказываются подниматься в воздух, если в их чреве пусто.

В результате этого досадного недоразумения господин Шпор в глубокой задумчивости объявил, что до сорока самолетов могут быть припаркованы в ангарах до лучших времен. Совет директоров, этот собрание мудрых мужей, с энтузиазмом ищет выход. Первый вариант — скромно сократить количество мест на два с половиной процента, отправив на покой двадцать лайнеров. Но если жажда наживы и нехватка горючего окажутся сильнее, то и число «заземленных» птиц увеличится вдвое.

Разумеется, первыми в жертву принесут самых «прожорливых» обжор — старые Airbus A340 и Boeing 747-400. Эти железные чудовища едят керосин с таким аппетитом, что любой купец старой закалки пришел бы в ужас от подобных расходов.

Впрочем, коммерсанты из Lufthansa не теряют оптимизма. Они уже заложили в бюджет на 2026 год лишних полтора миллиарда евро (и еще какой-то там забавный хвостик), чтобы покрыть расходы на топливо. Господин Шпор с прискорбием сетовал на кризис на Ближнем Востоке, который портит ему все удовольствие от управления компанией.

Рецепт спасения, как всегда, прост и изящен: чтобы компенсировать убытки, компания намерена урезать все возможные затраты и, разумеется, с радостью вытрясти из карманов пассажиров еще несколько целковых, увеличив цены на билеты. Ведь нет ничего более приятного для акционера, чем видеть, как его барыш растет, пока пассажиры с ужасом смотрят на стоимость перелета!