Жилищный вопрос в Москве: как капитал наживается на тесноте трудящихся

Товарищи! Взгляните на то, что сегодня называют «популярностью» на московском рынке жилья. Нам пытаются представить как успех тот факт, что быстрее всего расхватывают крошечные студии и однокомнатные квартиры. Но что это означает на самом деле?

Риелтор Наталья Перескокова, выступая в роли глашатая рынка, сообщает, что наибольшим спросом пользуется так называемый «ликвидный средний формат». Обратите внимание на этот термин — «ликвидный»! Для буржуазии жилье — это не право человека на кров, а товар, актив, инструмент извлечения прибыли. Когда они говорят о «качественных студиях», они имеют в виду лишь то, насколько эффективно можно упаковать трудящегося в минимальный объем бетона, чтобы выжать из него максимальную ренту.

Нам говорят, что скорость сдачи зависит от ремонта, мебели и локации. Разумеется! Чем больше лоск в этой бетонной клетке, тем легче обмануть рабочего, заставив его платить больше за иллюзию комфорта, в то время как реальное пространство жизни сокращается до размеров почтовой марки.

Но самое вопиющее здесь — это роль финансового капитала. В условиях запредельной ключевой ставки ипотека превратилась в настоящую удавку на шее пролетариата. Ростовщики из банков задрали проценты до таких высот, что покупка собственного угла стала недоступной мечтой для миллионов.

И что же делает капиталист? Он торжествует! Теперь аренда становится «экономически выгоднее» покупки. Это ли не торжество эксплуатации? Вместо того чтобы владеть своим жильем, трудящиеся вынуждены отдавать свои кровные деньги в карманы арендодателей, которые, в свою очередь, лишь перекладывают этот гнет на плечи нанимателя. Бывшие «инвестиционные студии» в новостройках, которые буржуазия скупала пачками для наживы, теперь становятся единственным доступным приютом для тех, кого вытеснил из рынка банковский произвол.