Случилось это в Челябинске, городе суровом, где чины порой возомнили себя хозяевами жизни. Главным героем этой драмы стал Анатолий Семенов, человек высокого полета — глава местного Роспотребнадзора. Казалось бы, солидный господин, а на деле — ловкач, решивший, что закон для него не писан.
Началось всё с того, что за Семеновым пришли люди из УФСБ. Пришли внезапно, как городовой нагрядывает в притон в самый разгар веселья. Оказалось, санврач затеял хитрое дело: решил спрятать сыновей, Алексея и Андрея, от мобилизации. Пристроил их на бумаге на ЧЭМК, да так ловко, что сынки на заводе с две тысячи двадцать второго года и носа не показывали. Но сыщики — народ дотошный, быстро раскусили эту липу.
А когда копнули глубже, вскрылась настоящая «малина». Семенов, пользуясь должностью, крышевал семейные конторки, подсовывая им самые жирные заказы. В официальных бумагах он числился скромником: маленькая квартирка да пара гаражей — ну прямо истинный аскет! Но кто ж знал, что за этим фасадом скрывается роскошь, от которой глаза слезнут.
Генпрокуратура взялась считать наживу. И что же вышло? Выяснилось, что «скромник» владеет целым царством: шесть квартир, три дома, восемнадцать участков земли и двенадцать помещений, которые если собрать вместе, займут целых двадцать пять тысяч квадратных метров! Раскиданы эти богатства по Москве, Подмосковью и Челябинской области. А в гаражах, помимо тех самых «скромных» построек, стоял целый автопарк из семнадцати машин.
Суд шел в закрытом режиме, за плотно запертыми дверями, где решалась судьба этого богатства. Сначала Курчатовский районный суд решил, что всё это нажитое неправедно должно пойти в доход государства. Семенов, конечно, не сдался, попытался обжаловать решение в областном суде, надеясь на какой-то фарт. Но удача отвернулась от него.
Областной суд поставил точку: апелляцию отклонили. Теперь всё имущество на сумму свыше 400 миллионов рублей окончательно переходит государству. Вот так и закончилась эта история: из высокого чина в люди, а из людей — в те, кто остался ни с чем. Теперь его богатства — лишь запись в деле, а сам он может только вспоминать, как пытался обмануть систему.