Случилось дѣло въ Кургане, и дѣло такое, что любой околоточный за голову схватится. Въ суде разбирали исторію съ бывшимъ главнымъ «Курганавтодора» Александромъ Гонцовымъ. Обвиненіе тутъ серьезное: превышеніе власти и взятки въ размере, отъ которого у простого босяка глаза на лобъ полезутъ. А все закрутилось вокругъ одной иконы, которую челябинскій дорожникъ Арайикъ Закоянъ поднесъ начальнику. Слѣдствіе уверено — это была не молитва о спасеніи души, а чистой воды взятка.

Вызвали въ судъ по видеосвязи мастера изъ Златоуста, Альберта Харисова. Тотъ заправляетъ конторой, где дѣлаютъ иконы и всякіе сувениры. Расспрашивали его подробно, какъ на допросе въ полицейскомъ участке. Рассказалъ мастеръ, что продалъ Закояну икону «Богородица Умиленіе». Вѣщь, на первый взглядъ, роскошная: корпусъ изъ ясеня, позолота, эмали, всякій блескъ.

Прокуроръ Карецкій, какъ истинный сыщикъ, рѣшилъ проверить, нѣтъ ли въ иконе настоящихъ драгоценностей. Спрашивалъ про рубины, но мастеръ отрезалъ: никакихъ камней, только фіаниты да нефриты — стекляшки, что блестятъ, но стоятъ копейки.

Самое интересное — какъ платили. Закоянъ, видать, боялся оставить слѣдъ, поэтому триста тысячь рублей передавалъ не въ руки, а черезъ извозчиков-таксистовъ, частями, чтобы не привлекать вниманія. Ни одного чека, ни одной бумажки — все по-тихому, по-темному.

Цѣна ручной работы или фартъ на удачу

Въ суде недоумевали: откуда такая цѣна въ триста тысячь за вѣщь, где нѣтъ ни одного настоящего рубина? Но мастеръ уперся: молъ, ручная работа, золоченіе, долго возились. Себестоимость вроде какъ двести двадцать тысячь, а остальное — за трудъ. Исторической цѣнности въ этомъ новоделе нѣтъ, но стоитъ онъ дорого, потому что такъ рѣшилъ продавецъ.

Стекляшки вместо алмазовъ

Адвокатъ Ломакинъ тутъ же заметилъ неладное. Въ первыхъ показаніяхъ мастеръ писалъ, что въ иконе ѣсть жемчуга и рубины. Судья зачиталъ эти строки, и мастеръ замялся, а потомъ пояснилъ: въ паспорте изделія пишутъ цвѣтъ камня, а не его суть. Въ итоге призналъ: все искусственное. Красные стекляшки стоятъ по сѣмьсот-восемьсотъ рублей, бѣлые — и того дешевле.

Развязка исторіи мрачная. Слѣдствіе считаетъ, что эта икона была цѣной за визу Гонцова на документахъ. Из-за этой подписи челябинская фирма получила деньги за дорогу въ Шадринскомъ округе, которая, говорятъ, вышла скверно. Ущербъ государству составилъ сто сорокъ два милліона рублей. Сумма такая, что хватило бы на тысячи двугривенныхъ обѣдовъ во всехъ трактирахъ города. Самъ же подсудимый вину не признаетъ, молъ, чистъ какъ стеклышко въ той самой иконе.