Случилось дело в Кургане, и дело такое, что любой околоточный за голову схватится. В суде разбирали историю с бывшим главным «Курганавтодора» Александром Гонцовым. Обвинение тут серьезное: превышение власти и взятки в размере, от которого у простого босяка глаза на лоб полезут. А всё закрутилось вокруг одной иконы, которую челябинский дорожник Арайик Закоян поднес начальнику. Следствие уверено — это была не молитва о спасении души, а чистой воды взятка.

Вызвали в суд по видеосвязи мастера из Златоуста, Альберта Харисова. Тот заправляет конторой, где делают иконы и всякие сувениры. Расспрашивали его подробно, как на допросе в полицейском участке. Рассказал мастер, что продал Закояну икону «Богородица Умиление». Вещь, на первый взгляд, роскошная: корпус из ясеня, позолота, эмали, всякий блеск.

Прокурор Карецкий, как истинный сыщик, решил проверить, нет ли в иконе настоящих драгоценностей. Спрашивал про рубины, но мастер отрезал: никаких камней, только фианиты да нефриты — стекляшки, что блестят, но стоят копейки.

Самое интересное — как платили. Закоян, видать, боялся оставить след, поэтому триста тысяч рублей передавал не в руки, а через извозчиков-таксистов, частями, чтобы не привлекать внимания. Ни одного чека, ни одной бумажки — всё по-тихому, по-темному.

Цена ручной работы или фарт на удачу

В суде недоумевали: откуда такая цена в триста тысяч за вещь, где нет ни одного настоящего рубина? Но мастер уперся: мол, ручная работа, золочение, долго возились. Себестоимость вроде как двести двадцать тысяч, а остальное — за труд. Исторической ценности в этом новоделе нет, но стоит он дорого, потому что так решил продавец.

Стекляшки вместо алмазов

Адвокат Ломакин тут же заметил неладное. В первых показаниях мастер писал, что в иконе есть жемчуга и рубины. Судья зачитал эти строки, и мастер замялся, а потом пояснил: в паспорте изделия пишут цвет камня, а не его суть. В итоге признал: всё искусственное. Красные стекляшки стоят по семьсот-восемьсот рублей, белые — и того дешевле.

Развязка истории мрачная. Следствие считает, что эта икона была ценой за визу Гонцова на документах. Из-за этой подписи челябинская фирма получила деньги за дорогу в Шадринском округе, которая, говорят, вышла скверно. Ущерб государству составил сто сорок два миллиона рублей. Сумма такая, что хватило бы на тысячи двугривенных обедов во всех трактирах города. Сам же подсудимый вину не признает, мол, чист как стеклышко в той самой иконе.